Тишина по всей высоте
Метеоролог Светлана Пашина. Фото: Алина Ярхамова

Метеоролог Светлана Пашина. Фото: Алина Ярхамова

Метеорологи рассказали «Русской планете» про «шоколадную» погоду и пожаловались на неясное будущее

Прогнозам погоды можно и нужно верить, но только если делают их профессионалы, дотошно и качественно, считают сотрудники курского Гидрометцентра. Корреспондент «Русской планеты» посетила метеостанцию в Курске и поговорила с ее работниками.

Прогнозирование — процесс поэтапный и длительный, и его результат зависит от слаженной и четкой работы многих людей, говорит Оксана Коденцева, начальник отдела метеорологии курского Гидрометцентра по пути к метеостанции.

– В Курской области всего восемь станций, включая эту. На метеостанциях ведутся круглосуточные наблюдения за текущей погодой. То есть несколько раз в сутки метеоролог выходит на улицу и снимает показания с приборов. Потом кодирует данные и отправляет в Гидрометцентр, там эти данные наносятся на специальную карту и вводятся в суперкомпьютеры. По картам и информации, выданной компьютерами, синоптик уже делает прогнозы. На метеостанции метеоролог проводит очень много наблюдений: здесь находятся приборы, определяющие скорость и направление ветра, температуру, конечно, степень гололеда и многое другое.

Метеостанция вблизи похожа на инсталляцию современного художника: фантазийного вида белые приборы обнесены по периметру белым же заборчиком-сеткой. Высокие шпили, держащиеся на тросах-растяжках, определяют скорость ветра, в маленьких решетчатых коробах, к которым ведут три железных ступени, скрыты термометры и самописцы: термограф и гигрограф, которые на специальную ленту непрерывно заносят текущую температуру и влажность воздуха.

– А вот эта бочка — это, собственно говоря, не бочка, а испаритель, — показывает Оксана Владимировна на врытый в землю почти до самых краев цилиндр, — его вкапывают, наполняют водой и измеряют испарения с водной поверхности. Северную часть станции занимают приборы по ветру и гололедный станок, вторая линия — температура и влажность, потом линия измерений осадков, это осадкомер и гелиограф, измеряющий солнечное сияние, за ними идут измерители температуры почвы на разных глубинах, и в конце, на юге, — актинометрия, то есть изучение активности солнца, интенсивность радиации.

С этих приборов показания нужно снимать вручную, но есть здесь и автоматическая метеостанция — в небольшой металлический ящик помещаются почти все основные измерительные приборы. С 1 декабря этого года курская метеостанция планирует полностью перейти на автоматику — это сократит время, затрачиваемое метеорологом на снятие измерений, и ускорит передачу данных.

– Но некоторые показания все равно придется снимать по старинке, — рассказывает Оксана Владимировна. — Автоматика высоту снежного покрова, например, не высчитает, проще подойти и самому посмотреть.

С открытого поля, где происходит непосредственное и прямое общение с погодой, мы переходим в двухэтажное кирпичное здание с большой сферой в бело-красную полоску на крыше.

– Это антенна, которая отслеживает полет метеозонда, — объясняет Оксана Владимировна. — А шар вокруг нее — это просто ветрозащитная оболочка. Пойдемте, познакомлю вас с метеорологом.

В небольшой комнате женщина с карандашом в руках с ленты, похожей на кардиограмму, переписывает данные в журнал. Техник-метеоролог Светлана Пашина стаж имеет немаленький и потому с работой справляется быстро — и пяти минут не прошло, как закодированная телеграмма была отправлена, правда не почтой, а через Интернет. Скромно и немного смущенно улыбаясь, Светлана Валентиновна начинает рассказывать про свою работу: каждые три часа в любую погоду она выходит на улицу и по порядку проверяет показания приборов.

– Есть восемь сроков метеорологических и шесть сроков актинометрических для измерения активности солнца. Мы наблюдаем за погодой, смотрим, что происходит: дождь, снег, морось, туманы, скоро вот начнутся гололеды, все это мы измеряем. Если начинаются явления, которые считаются опасными, то мы через каждые полтора часа снимаем измерения, следим. Если достигается опасный критерий у какого-либо явления, мы нашим синоптикам подаем штормовое предупреждение: туман, например, выше нормы, или гололед.

Светлана Валентиновна следит и за уровнем радиации, и за давлением. Все данные она шифрует вручную — к секретности это не имеет отношения, а делается ради того, чтобы сжать информацию и быстрее ее считывать. На втором этаже — поближе к небу — работают аэрологи, которые измеряют температуру и влажность воздуха на разных высотах.

На высоте 35 километров

– Ну как, летит зонд? — Оксана Владимировна улыбается женщине лет 60 на вид, которая сосредоточенно смотрит в выпуклый экран большой серой установки, похожей на старый советский игровой автомат.

– Летит, да что-то не могу никак данные свести, подождите секундочку, мне нужно составить срочно телеграмму, а там наверху что-то сорвалось, то ли аппаратура накрывается, то ли антенна наша барахлит, тишина по всей высоте, — аэролог Ольга Журавлева колдует над прибором и пытается устранить неполадки. — Антенна должна вести этот зонт, следить за ним сразу, как он полетел, а сейчас его может ветром унесло вбок, может передатчик на антенне подводит, и теперь мне нужно вручную антенну навести на зонд, чтобы вовремя подать телеграмму.

Зонды с метеостанции взлетают два раза в сутки — в три часа дня и в три часа ночи, по Гринвичу — в полдень и в полночь. Коробочку из пенопласта размером с футбольный мяч привязывают к шатру, который наполняется водородом. Водород добывают здесь же, на метеостанции — химическим путем. Метеозонд взлетает на высоту до 35 километров и на протяжении всего полета данные записываются на компьютер.

– Летит, куда несет ветер, лопнул шарик, упал, но куда — мы уже отследить не можем. Отслеживается только полет. На экране у нас появляется картинка, вот как сейчас: температура на данной высоте минус 62 градуса. Есть еще график направления ветра на разных высотах, сейчас видим, что с 12,5 километров установился ветер северо-западный, и много других графиков.

Ольга Семеновна рассказывает, что раньше приходилось считывать информацию с зонда при помощи морзянки — на нем был установлен вращающийся барабанчик с десятью буквами. Аэролог по радио слушал передачу и сразу же ее печатал на ленте, а потом — раскодировал и вручную рисовал кривые изменения направления ветра на разных высотах и другие графики.

– Зонды мы запускаем в любую погоду, хоть град, хоть метель. Допустим, если выпустим в дождь, он просто пролетит не 30 километров, а 15, например. Не выпускаем только в сильную грозу, потому что на антенне включается передатчик, и туда может попасть заряд.

«Люди точно должны знать, когда работать становится опасно»

Если метеоролог работает «в поле», на передовой, то синоптик — анализирует полученные им данные и на их основании делает прогнозы. Это два разных отдела, и синоптики трудятся в другом здании. По дороге туда Оксана Владимировна рассказывает о работе других служб курского Гидрометцентра.

– У нас есть агрометеорологи, гигрологи, есть группа климата. Все они занимаются анализом данных. Вот, например, информация по солнечному сиянию, — Оксана Владимировна показывает мне таблицу, распечатанную на листе А4. — Но я вам ее отдать не могу. Она не то что секретная, но стоит очень дорого, это уникальные данные. Здесь с 1961 года за каждый месяц указана продолжительность солнечного сияния в часах по Курску. В прошлом году у нас был 1921солнечный час, в позапрошлом — 2292, это считается много, но год был не жаркий, нам скорее повезло зимой — в январе было очень солнечно. Так же вышло и с аномальной жарой 2010 года — год тоже оказался не самым солнечным.

Обобщением этих данных занимается климатолог. Иногда заказывают справки строители: их интересуют многолетние данные по промерзанию почвы, и нужно знать, на какую глубину проложить трубу. Для строителей мостов тоже важно знать климатические условия региона: какая будет максимальная ветровая нагрузка на мост, какой ветер бывает в Курске чаще всего.

– Ветра у нас преобладают западные. Метеоданные у нас часто берут и строители домов: работает, например, кран, и люди точно должны знать, при какой скорости ветра работать на нем становится опасно. Мы им тогда передаем: слезайте, опасная погода. Иногда они сами видят, что уже качает, и звонят: какая сейчас скорость ветра, можно еще поработать, или лучше слезть.

Предсказатели погоды

В здании Гидрометцентра синоптики занимают два кабинета, на каждом табличка: «Отдел метеорологических прогнозов». Оба похожи на обычные офисы: столы, стеллажи, компьютеры. Стены увешаны таблицами и диаграммами. Начальник отдела, Юлия Черногубова с мягкой улыбкой и спокойным ровным голосом рассказывает, что в Курск стекаются данные с шести областей: Брянской, Орловской, Липецкой, Тамбовской, Белгородской и Воронежской, и курский Гидрометцентр является куратором Центрально-Черноземного региона, поэтому и прогнозы составляются не только для нашей области, но и для других регионов.

– Там тоже работают свои синоптики, но мы все равно отправляем им консультативный прогноз, потому что видим более общее картину. Синоптик приходит на работу в 7:30 утра, вникает в текущую погодную ситуацию, и смотрит прогнозы компьютеров на будущее. Сейчас в прогнозировании мировая метеонаука шагнула вперед: каждое крупное государство имеет свою прогностическую модель. Она представляет собой уравнение, которое описывает будущее состояние атмосферы. Мы пользуемся двумя английскими моделями, немецкой, американской и нашей, отечественной. Модель рассчитывается автоматически: суперкомпьютер на основании полученных от метеорологов данных выдает прогнозы. До половины десятого утра синоптик должен вникнуть в них, проинтерпретировать, они представляют собой цифры и изолинии. Надо сопоставить данные нескольких моделей и выдать общий прогноз.

После этого в половину десятого утра начинается коллегиальное обсуждение прогноза, оно длится полтора часа. Синоптики сравнивают свои данные и потом составляют один прогноз на следующие сутки. В Курске прогноз делается на трое суток: Юлия Яковлевна утверждает, что сейчас относительно точный прогноз можно составить максимум на пять дней, дальше вероятность ошибок уже очень велика.

– Бывает, когда показания по всем моделям близкие, а бывает — идут вразрез. Тогда уже синоптик должен опираться на свой собственный опыт. Мы знаем рейтинг моделей, знаем, какие лучше, мы ориентируемся, какой можно доверять больше. Но модели не могут в любом случае сделать того, что может человек: знать физическую природу явлений, перевести цифры и графики в погоду. В этом и заключается наша задача.

Каждый день в Гидрометцентре составляются погодные бюллетени. Их отправляют заказчикам. Юлия Яковлевна рассказывает, что СМИ Курской области не берут прогнозы Гидрометцентра, а предпочитают пользоваться неточными данными из Интернета.

– А потом нам звонят люди и жалуются, что прогноз неправильный. Наши основные потребители: органы власти, МЧС, предприятия, а в массы прогноз не идет, хотя у нас очень высокая достоверность. Мы выходили на Департамент по печати и информации, пытались привлечь внимание, но тщетно. Наши прогнозы очень точные, мы получаем данные с наземной сети метеостанций, данные аэрологов, потом идет сеть локаторов и дальше — информация со спутников. Все это видит и анализирует один человек, все это доступно. Раньше такого, конечно, не было. Работы стало больше, да, но и работать стало интересней.

Погоду, которая сейчас стоит на улице, Юлия Яковлевна и ее коллеги называют «шоколадной» — никаких резких колебаний.

– Видите, циклоны сейчас на севере России и на Урале, — показывает она на карту на мониторе компьютера. — Мы сейчас в антициклональном периоде, правда в ближайшие дни ожидаем прохождения холодных фронтов, но они размытые: смена погоды будет, но плавная. Кое-где пройдет, может, морось, или отдельные снежинки попадают. Температура на несколько градусов понизится.

Одна из важнейших задач синоптика — предсказать природные катаклизмы и предупредить о них население. Так, снегопад в марте прошлого года был спрогнозирован с абсолютной точностью за двое суток, но это никак не повлияло на ситуацию: в городе все равно не хватило бы техники.

– Есть перечень опасных критериев, если они наступают одновременно, то вызывают явление, которое наносит сильный ущерб инфраструктуре и может угрожать жизнедеятельности. Это сочетание нескольких факторов, например критическая скорость ветра, плюс сильные осадки, плюс понижение температуры. Столько осадков в марте — уникальный случай за всю историю метеонауки. Мы его предсказали, предупредили, а в МЧС сказали, что даже если бы мы за десять суток об этом узнали, то ничего бы не изменилось.

Сейчас синоптики готовятся к приближающейся зиме: природа явлений в разные сезоны кардинально отличается, и нужно, как говорит Юлия Яковлевна, «перестроить мозги» в совсем иное русло.

– Наше общество не готово ко встрече со стихией все равно. Мы значительно отстаем от зарубежной техники. Вот нам поставляют компьютеры, а если он сломается, то что делать? Куда бежать? Вопрос с кадрами тоже очень актуальный: зарплаты у нас невысокие, работают в основном пенсионеры и люди пожилого возраста. Если они уйдут с должностей, заменить их некому, новых людей нет. Кто будет делать прогнозы? Это дело нелегкое, требует опыта. Мы постоянно работаем в режиме нон-стоп: приходишь на работу, каждый день новые данные, обрабатываешь их, анализируешь, выдаешь прогноз, и так не замечаешь, как время летит.

Несмотря на опасения относительно будущего курской метеонауки, Юлия Яковлевна общую картину прогнозирования видит позитивно.

– С таким развитием техники, как сейчас, скоро метеоданные будут формироваться в трехмерном измерении, и так погоду можно будет предсказывать еще точнее, я в этом практически не сомневаюсь. Еще 15 лет назад мы и мечтать не могли о том, что у нас есть сейчас, к каким данным мы имеем мгновенный доступ, а что будет дальше — еще интереснее, думаю, наша работа будет благодаря прогрессу еще более интенсивной, а результат станет точнее.

«Идешь по лесу, а там следы от снегохода — и кровь вокруг» Далее в рубрике «Идешь по лесу, а там следы от снегохода — и кровь вокруг»Корреспондент «Русской планеты» отведала шурпы в заповеднике у егеря Читайте в рубрике «Общество» Зураб Соткилава: «Смерти нет!»Ушел человек-легенда, подаривший минуты подлинного счастья любителям оперы Зураб Соткилава: «Смерти нет!»

Комментарии

Авторизуйтесь чтобы оставлять комментарии.
Интересное в интернете
Расширяйте круг интересов!
Мы пишем об истории, обороне, науке и многом другом. Подписывайтесь на «Русскую планету» в соцсетях
Каждую пятницу мы будем присылать вам сборник самых важных
и интересных материалов за неделю. Это того стоит.
Закрыть окно Вы успешно подписались на еженедельную рассылку лучших статей. Спасибо!
Станьте нашим читателем,
сделайте жизнь интереснее!
Помимо актуальной повестки дня, мы также публикуем:
аналитику, обзоры, интервью, исторические исследования.
личный кабинет
Спасибо, я уже читаю «Русскую Планету»